ВЕЛИКИЙ ХРАМ ОКСА ТАХТИ-САНГИН
Нурулин Тимур
Местоположение храма Окса по ссылке:
Тахти-Сангин (Каменное городище, тадж.) – древнее городище Трансоксианы, расположенное на Амударье (Окс), при слиянии Вахша и Пянджа (совр. Таджикистан). Великолепный образец восточного эллинизма или греко-бактрийского зодчества. Археологами определен как культовое сооружение, отсюда его второе название – храм Окса. Предположительно место, где был найден знаменитый Амударьинский клад. Городище расположено на правом берегу Амударьи, на пологой террасе, спускающейся с гор, находящихся на западе. С севера и юга Тахти-Сангин защищают стены, идущие от гор к реке (Литвинский Б.А., Пичикян И.Р., 2000: 48). Храм датирован Б.А. Литвинским концом IV началом III в. до н.э., хотя И. Р. Пичикян полагал, что храм построен при Александре Македонском (Литвинский Б.А., Пичикян И.Р., 2000: 183). Храм Окса подробнейшим образом исследован Б.А. Литвинским и И.Р. Пичикяном. Результаты полномасштабных раскопок этого памятника опубликованы в их совместной работе «Эллинистический храм Окса в Бактрии (Южный Таджикистан)», том 1 (Литвинский Б.А., Пичикян И.Р., 2000). В данной статье мы приводим отдельные фрагменты из этого труда, которые важны для нашей работы по реконструкции храма Окса. И, в свою очередь, мы делимся своими соображениями по некоторым частным вопросам. В частности, Б.А. Литвинский отмечает, что при подготовке книги о Храме Окса, его соавтор И.Р. Пичикян планировал написать целый раздел, посвященный графической реконструкции этого храма, но не успел в виду безвременного ухода. Часть этой работы все же представлена в разделе иллюстраций в виде реконструкций фасадов (Литвинский Б.А., Пичикян И.Р., 2000: 9). Попытки реконструкции фасадов были предложены И.Р. Пичикяном и Ф. Арзумановым (Литвинский Б.А., Пичикян И.Р., 2000: 179). Наш опыт 3D-реконструкции храма Окса – это выражение глубокого почтения выдающимся авторам, оставившим ценнейшие текстовые и графические материалы о храме Окса, которые мы тактично использовали. Храм Окса построен на полого спускающемся рельефе. То есть, композиция храма повышается от реки Амударьи к горам. Соответственно пропилеи находятся ниже относительно святилища. Это обусловлено не только естественным рельефом данной местности, но и, по мнению археологов, желанием строителей сделать основное храмовое помещение выше относительно пропилей на 2 м (Литвинский Б.А., Пичикян И.Р., 2000: 52), стремлением возвысить его (авт.). Первые исследователи храма обратили внимание на безупречную геометрию постройки, состоящую из трех квадратов (Литвинский Б.А., Пичикян И.Р., 2000: 51). Стены храма Окса построены впереплет, что по мнению авторов раскопок свидетельствует о единовременной застройке, и, что такое монументальное сооружение требовало широких строительных работ и больших затрат (Литвинский Б.А., Пичикян И.Р., 2000: 135). Это говорит о том, что строительные технологии, того времени, были на высоком уровне. Фортификация храма Окса. 3D-реконструкция (рек. авт.). Основа карта Яндекс При исследовании храма, в первую очередь, обращает на себя внимание мощная фортификация всего строения. Цитадель Тахти-Сангина представляет собой крепостное сооружение со сторонами 238х167 м, ориентировано по сторонам света (Литвинский Б.А., Пичикян И.Р., 2000: 49). Древние строители уделили особое внимание защите храма Тахти-Сангин. Крепость была эффективно защищена: с запада горами, с востока рекой Амударьей, с севера и юга двойным рядом стен (Литвинский Б.А., Пичикян И.Р., 2000: 49). Святилище с теменосом было обнесено мощной стеной с семью прямоугольными башнями и пропилеями. На некотором расстоянии этот комплекс был обведен еще одной стеной за которой располагался ров. Но и этим древние зодчие не ограничились: в полукилометре от храма с обеих сторон (с-ю) выстроены длинные стены, идущие от гор к реке. Очевидно, такие мероприятия были необходимы не только в виду особой значимости храма, охраны сокровищницы, расположенной в храме, а также являются подтверждением иностранного происхождения данного строения, фактически являвшимся форпостом эллинистической культуры в глубинах Азии, который нуждался в защите от набегов. Греческий / иранский храм. В архитектуре заметно, как греческое влияние, так и персидское. В объемно-планировочной структуре храма, имеющей осевое развитие «читается» восточное влияние, хотя отдельные композиционные элементы, являющиеся, как мы полагаем, ключевыми в храме, находят аналогии в древнегреческой архитектуре. Композиционно, исследователи обращают внимание на двухчастную структуру плана храма Окса: основные помещения с айваном и священный двор теменос (Литвинский Б.А., Пичикян И.Р., 2000: 53). К примеру, пронаос (айван), наос (святилище), пропилеи храма Окса, по нашему мнению, генетически восходят к древнегреческой архитектуре. Но эллинистическое влияние в храме Окса, в первую очередь, заметно по отдельным архитектурным деталям. Колонные пронаос и боковые портики, капители колонн, определенные учеными как ионические, малоазийского типа (Литвинский Б.А., Пичикян И.Р., 2000: 156). В храме Окса были найдены греческие профилированные алтари, постаменты под статуи. Один постамент был найден археологами в теменосе перед пронаосом, который был предназначен для достаточно крупной статуи (она не сохранилась). По размеру отпечатка от ступней, реконструируется внушительная статуя, размер которой составлял около четырех метров в высоту. Два алтаря были найдены в боковых портиках, один – в преддверии святилища, в пронаосе. Еще один в самом святилище (наосе). Как отметили авторы исследования: алтари Тахти-Сангина – свидетельство греческой строительной практики в Средней Азии (Литвинский Б.А., Пичикян И.Р., 2000: 169). Восточный же характер придает сооружению двор перед айваном, обходные галереи вокруг центрального зала, а также мощные стены с семью прямоугольными башнями. Мощные глиняные стены – безусловно восточный элемент архитектуры. Хотя таких толстых стен фактически нет нигде в Средней Азии, это отмечают и его исследователи. Стены храма порой достигают ширины в 7 м. Строение возведено в основном из сырцовых кирпичей 50х50х14 см. (Литвинский Б.А., Пичикян И.Р., 2000: 51). Если рассматривать детально, то базы колонн айвана имеют восточный вид и, по мнению ученых, являются развитием ахеменидских баз (Литвинский Б.А., Пичикян И.Р., 2000: 153). В процессе исследования городища, у ученых возник вопрос: из чего были сделаны стволы колонн (камня или дерева). Впоследствии археологи пришли к выводу, что колонны пропилей, портика и четырехколонного зала, очевидно, были каменными: они обнаружили редкие находки фустов колонн в теменосе (Литвинский Б.А., Пичикян И.Р., 2000: 155). План храма Окса (по Б.А. Литвинскому, И.Р. Пичикяну)
Авторы раскопок полагают, что композиция храма – восточная, а культы, совершавшиеся в храме Окса, были зороастрийскими и посвящены воде и огню (Литвинский Б.А., Пичикян И.Р., 2000: 182). Связывая планировку храма Окса с восточными храмами огня, Б.А. Литвинский, приводит ряд аналогий, отмечая характерные черты, отличающие храмы огня. В первую очередь это храмы огня ахеменидско-селевкидского времени Кухи-Хваджа, храм около Суз и храм огня на нижней террасе Персеполя (Литвинский Б.А., Пичикян И.Р., 2000: 204). Это наличие атешгахов, и обводных коридоров вокруг четырехколонного зала, но отмечают, при этом, нехарактерные для храмов огня греческие алтари, которые установлены в боковых айванах, при входе в центральный зал и в самом зале. Такое положение вынуждает авторов признаться, что культовая жизнь в храме Окса была разнообразной и очень сложной (Литвинский Б.А., Пичикян И.Р., 2000: 187). Хотя, нам очевидно, что сами иранские храмы огня происходят от древнегреческих храмов. Восточные храмы огня, приводимые Б.А. Литвинским в качестве аналогий храму Окса, вероятно, можно считать также происходящими от древнегреческих храмов или более ранних мегаронов, но причислять их к другой ветви развития таких планировок. Б.А. Литвинский, исследуя восточные храмы огня приводит выводы Р.М. Гиршмана: «В возникновении и развитии иранской культовой архитектуры большую роль сыграло македонское завоевание. Македоняне возвели свои, эллинские храмы, и иранцы впервые увидели наземные храмовые сооружения со статуями богов. При этом македонские храмы строились рядом с иранскими святилищами». Р.М. Гиршман резюмирует: «в них использовались местные строительные материалы, в частности сырцовый кирпич, что наложило на них свой отпечаток, сделав похожими на вавилонские святилища» (Литвинский Б.А., Пичикян И.Р., 2000: 191). В такой постановке вопроса трудно не согласиться с Р.М. Гиршманом. Мы же, в свою очередь, хотим обратить внимание на осевое развитие композиции храма Окса и его ориентацию на восток. Полагаем, что это ключевые моменты, которые помогут в ответе на вопрос происхождения и назначения строения. В широком смысле постановки вопроса происхождения культовой архитектуры, как нам представляется, храм Окса генетически восходит к древнеегипетским и древнегреческим храмам, и представляет собой симбиоз архитектурных традиций, по которым тысячелетия возводились храмовые сооружения Древнего мира. В первую очередь, обращает на себя внимание осевое развитие плана храма Окса, его церемониальность. Композиция тахти-сангинского храма строится по принципу: пропилеи – теменос – пронаос (айван) – наос (святилище) – сокровищница. Такая планировка отсылает нас к древним египетским храмам. Но это совершенно не означает прямого египетского влияния на архитектуру храма Окса. Мы полагаем, что такую композицию в переработанном виде этот храм получил через греческих переселенцев. Как это произошло с милетским храмом Аполлона в Дидимах. Там древнегреческий храм построен с заметным влиянием древнеегипетского зодчества, что отразилось на его планировке с огромным двором, скульптурной аллеей перед храмом, осевым развитием плана с открытым одним портиком. Это обусловлено направлением на восход Солнца и встречей первых лучей Солнца в день летнего солнцестояния, лучи которого проходя через все сооружение падали на скульптурное изображение Аполлона, олицетворяя его. Сверху вниз: храм Аполлона в Дидимах; святилище Еркургана; храм Окса; святилище Еркургана; храмы Пенджикента (сопост. авт.)
Б.А. Литвинский называет главный айван портиком, хотя, как нам представляется, верно называть его пронаосом, так как это преддверие храма с колоннами и огорожено оно с двух сторон стенами, похожими на анты. Эта деталь роднит храм Окса с милетскими храмами, в частности, с храмом Аполлона Дидимского. Исходя из этих соображений центральный зал следует именовать наосом (святилище). Такое устройство храма, как мы полагаем, в перспективе нашло свое отражение в пенджикентских храмах и в последующих храмах с айванами. В ретроспективе храмы с пронаосом (айваном) и наосом появились в Средней Азии, по нашему мнению, до завоеваний Александром Македонским Средней Азии, в период, когда Бранхиды переселились из Милета на Восток, в Среднюю Азию. Кто знаком с нашими работами, знают, что мы выводим генезис таких планировок со святилища Еркургана, полагая, что его или храм предшествовавший ему построили Бранхиды, жрецы храма Аполлона Дидимского, который, вероятно, является прообразом святилищу Еркургана. Сопоставив план храма Аполлона Дидимского с еркурганским святилищем, мы пришли к выводу, что святилище Еркургана здесь на Востоке возвели переселенцы из Милета, связывая это с конкретным историческим событием: переселением Бранхидов жрецов храма Аполлона Дидимского из Милета в Среднюю Азию. Если мы правы, то это может означать, что греческие храмы появились в Средней Азии задолго до Александра Македонского. Речь идет о типе храмов, как мы их назвали в виде «краба», построенных по типу двор – айван – святилище, получивших широкое распространение в Средней Азии с древних времен вплоть до раннего средневековья. Немногочисленная типология таких храмов Трансоксианы на наш взгляд выстраивается в следующем порядке: святилище Еркургана – храм Окса – храмы Пенджикента. Разрез по основной оси храма Окса, линии восток-запад. Стрелкой показано направление лучей восходящего Солнца в день весеннего равноденствия, которые проникают в святилище через пропилеи, теменос и пронаос.
Храм света. Структура храма Окса обусловлена особым «механизмом работы» заложенным зодчими. Осевое развитие композиции храма Окса и его ориентация на Восток, вызваны стремлением впустить первые лучи Солнца через пропилеи и колонный портик в святилище в день весеннего равноденствия. Это означает, что на первом этапе храм Тахти-Сангин был посвящен солнечному божеству, видимо, Аполлону. Хотя специалисты отмечают, что солярные функции Аполлон получил позже, мы увидели на примере ориентации храма Аполлона в Дидимах на восход Солнца в день летнего солнцестояния, что уже в классический период Аполлон мог отождествляться с Солнцем. Огромные, несоразмерные с обычным ростом человека, дверные проемы пропилей и святилища храма Окса, свидетельствуют, на наш взгляд, о том, что они были предназначены для божества. Сориентированный на восток храм, через эти проемы, пропускал первые лучи восходящего Солнца в святая-святых наос храма. Особого эффекта зодчие также добивались за счет поднятия святилища с колонным айваном над другими постройками: в день весеннего равноденствия свет не только проникал через пропилеи в святилище, "рисуя" солнечную дорожку на полу теменоса, но и озарял весь внутренний фасад.  | Храм Окса. Тахти-Сангин. Пропилеи. Вход в теменос. Первые лучи Солнца в день весеннего равноденствия проходят через пропилеи, теменос, пронаос и попадают прямо в святилище.
3D-реконструкция (рек. авт.)
|
 | Храм Окса. Тахти-Сангин. Теменос. Пронаос (айван).Первые лучи Солнца в день весеннего равноденствия проходят через пропилеи, теменос, пронаос и попадают прямо в святилище.
3D-реконструкция (рек. авт.) |
 | Храм Окса. Тахти-Сангин. Теменос. Первые лучи Солнца в день весеннего равноденствия проходят через пропилеи, теменос, пронаос и попадают прямо в святилище.
3D-реконструкция (рек. авт.) |
 | Храм Окса. Тахти-Сангин. Общий вид на теменос. Первые лучи Солнца в день весеннего равноденствия проходят через пропилеи, теменос, пронаос и попадают прямо в святилище.
3D-реконструкция (рек. авт.) |
Выводы. Исходя из вышеизложенного, мы полагаем, что храм Окса на первом этапе был храмом статуи, установленной в самом центральном зале святилища, которую озаряли на восходе первые лучи Солнца. Храм был посвящен свету, солнечному божеству, являлся его троном. Поэтому в пропилеях и центральном зале, огромные, несоразмерные человеку, проемы. Вероятно, на первых этапах храм был посвящен Аполлону. Это обусловлено осевой композицией храма Окса, отражающей, как мы полагаем, особый «механизм работы» этого культового строения, сориентированного на восход Солнца и встречающего первые его лучи на восходе. Зодчие возвели храм таким образом, чтобы свет проходил через пропилеи, теменос, колонный пронаос и попадали прямо в наос (святилище). Предполагаем, что, вероятно, изначально статуя была установлена в самом святилище, но в дальнейшем была вынесена в теменос? Постамент от нее археологи нашли в теменосе у айвана. Или же статуя была и в святилище и в теменосе. Со временем религиозная жизнь в храме Окса усложнялась. На более поздних этапах в храме утвердились культы огня и воды. Не первый раз мы замечаем развитие зороастрийских традиций в архитектуре на основе греческих. Это обусловлено тем, что такие храмы функционировали в среде смешанного населения: иранского и греческого. Что касается основного вопроса, который волнует не только нас: греческий ли это храм или восточный. Нам ближе всего выводы Р.М. Гиршмана, который полагал, что иранские храмы происходят от эллинских. Хотя он считал, что огромную роль в этом сыграло македонское завоевание. Мы же, в свою очередь, приходим к выводу, что восточные храмы, такие как святилище Еркургана и храм Окса, происходят от малоазийских древнегреческих храмов, в частности храма Аполлона в Дидимах, связывая это с конкретным историческим событием переселением Бранхидов в Среднюю Азию. Это может означать, что эллинские храмы появились в Средней Азии задолго до Александра Македонского, и что именно эти храмы повлияли на последующую типологию культовых построек Средней Азии, имеющих композицию двора с айваном и святилищем (храмы Пенджикента). Может показаться, будто мы в своей типологии совершенно отвергаем наличие иранских храмов огня. Совсем нет, просто, для нас очевидно, что на планировки храмов огня Ирана также повлияла греческая архитектура.
ССЫЛКИ НА ЛИТЕРАТУРУ:
Литвинский Б.А., Пичикян И.Р. Эллинистический храм Окса в Бактрии (Южный Таджикистан). Т. 1. Раскопки. Архитектура. Религиозная жизнь. – М.: Издательская фирма «Восточная литература» РАН, 2000. -503 с.: ил. Том 2: Всеобщая история архитектуры / Архитектура античного мира (Греция и Рим) / Под редакцией В.Ф. Маркузона (ответственный редактор по Греции), Б.П. Михайлова (ответственный редактор по Риму), И.С. Николаева, О.Х. Халпахчьяна, Ю.С. Яралова. – Второе издание, исправленное и дополненное. Ленинград; Москва: Издательство литературы по строительству, 1973. – 712 с., ил.
ФАСАДЫ и РАЗРЕЗЫ
 | Храм Окса. Тахти-Сангин. Восточный фасад (разрез) с пронаосом, раскрывающийся в теменос.
3D-реконструкция (рек. авт.) |
 | Храм Окса. Тахти-Сангин. Восточный фасад, раскрывающийся к реке Амударья (Окс).
3D-реконструкция (рек. авт.) |
 | Храм Окса. Тахти-Сангин. Разрез по основной оси строения (по линии В-З). Пропилеи - теменос - пронаос (айван) - наос (святилище) - сокровищница.
3D-реконструкция (рек. авт.) |
 | Храм Окса. Тахти-Сангин. Северный фасад.
3D-реконструкция (рек. авт.) |
|
